О мутации и общественность

О мутации и общественность

Привлечение общественности к реализации государственной политики имеет смысл, когда на местном уровне услышаны голоса рядовых граждан, а на министерском - независимых экспертов. В Украине же нет ни первого, ни второго О мутации и общественность О трагикомическую ситуацию с формированием Общественного совета при МИД Украины и избранием его председателем пастора Посольства Божьего Александр Корман написано и сказано уже очень много. В Общественный совет вошли такие интересные организации, как Институт благородных девиц «Леди Мэри» и «счастливая женщина».

3 ноября 2010 Кабинет министров Украины принял постановление «Об обеспечении участия общественности в формировании и реализации государственной политики» № 996. Она должна была стать большим шагом вперед в деле привлечения общественности к государственному политикотворення. Предыдущие украинские президенты отличались в этой области гигантоманией. И Леонид Кучма, и Виктор Ющенко издавали указы о формирование не менее и и не более всеукраинских, стратегических общественных советов, которые должны были заниматься всем сразу и не менее чем в стратегической перспективе. При этом общественными советами на локальном и региональном уровнях никто особо не занимался.

Строить институты нужно с фундамента снизу. Это мировоззрение начинает формироваться с главного, стратегического и постепенно опускается до мелких вещей повседневной жизни. Но такие философские различия нашим политикам никогда не были свойственны. ШАГ ВПЕРЕД, А СКОЛЬКО НАЗАД? В дальнейшем общественные советы становились зависимыми от руководителей конкретного государственного исполнительного органа. Туда могли назначать людей, которые получали от своей «активной гражданской позиции» определенные преференции в виде, скажем, удостоверений, ускоренного решения проблем персональных или своей организации в обмен на лояльность к руководству.

В 2009 году Кабмин Юлии Тимошенко принял новое постановление, регулировала деятельность общественных советов, которая, с одной стороны, препятствовала попаданию туда случайных людей и организаций, но, с другой, вводила довольно громоздкий механизм избрания их членов. К примеру, члены советов при местных органах исполнительной власти должны избираться на собрании не менее одной четвертой от количества зарегистрированных в соответствующем регионе общественных организаций. На уровне центральных органов власти должен применяться такой же механизм, только в общенациональных масштабах. И вот постановление Кабмина Николая Азарова, с одной стороны, ликвидировала этот малореалистичен механизм избрания советов, а с другой - сделала общественные советы де-юре независимыми от руководства министерств и других исполнительных органов. При этом она не установила никаких квалификационных требований или же критериев в «институтов гражданского общества», Которые могут принимать участие в формировании и работе общественных советов.

Религиозные организации и женские движения, профсоюзы и медиа получили равные шансы идти в советы.             И начался крупнейший в истории независимой Украины поход общественности к советам при почти 600 государственных исполнительных органах по всей стране. Надо отметить, что мы практически не слышали о препятствовании этому процессу со стороны госорганов. Последние предоставляли помещения, инвентарь, делегировали своих представителей. Для молодой демократии с постсоветским духом и неясными перспективами это уже очень хорошо. Но когда в составе общественного совета при внешнеполитическом ведомстве большой европейской страны с’появились представители «посольства Божьего» в большом количестве, а во главе ее стал его пастор, стало понятно, что что-то неладно в украинском королевстве общественной равенства и государственной прозрачности.

Один шведский дипломат в разговоре с автором отметил, что это еще возможно только в  такой стране, как Иран, чтобы религиозные деятели возглавляли общественные советы при МИД. И вот теперь как доказать, что Украина – это не Иран? ПОСЛАНИЕ из Сан-Франциско А теперь представьте себе не министерство и даже не государственный комитет или агентство, а всего лишь городскую администрацию американского города Сан-Франциско. В составе этой администрации есть отдел по распределению грантов для художественных организаций на реализацию их проектов. Решение о предоставлении гранта той или иной организации принимают не чиновники, а консультативный совет при этом отделе. Она является, так сказать, голосом местной общественности, которая должна решать, какие художественные проекты следует поддерживать в интересах города. В нее входят независимые эксперты, то есть художники, искусствоведы и менеджеры от культуры.

За свою работу они получают деньги из городского бюджета, но не с той его статье, выделяется на финансирование самого отдела по распределению грантов. Назначает их лично мэр или его заместитель. В городской администрации Сан-Франциско потратили кучу времени и ресурсов, чтобы разработать такой механизм сотрудничества, где бы и мнение общественности была учтена, что, собственно, и является главной тактической целью любой «участия общественности в формировании политики»И экспертное знание имело прямое влияние на принятие решений, и уполномоченные и, главное, квалифицированные представители общественности были дистанцированы финансово и функционально от чиновников. И можно сказать, что здесь речь идет только о «какие гранты для танцевальных и театральных постановок» в восьмисоттысячных городе (это без учета пригородов). А в украинском случае, когда речь идет о внешнеполитических, внешнеэкономических и вопросы безопасности политические вопросы, могут применяться принципы, адекватные максимум для уровня районных администраций. Согласно постановлению от 3 ноября 2010 года, предложения общественных советов по подготовке проектов нормативно-правовых актов по вопросам формирования и реализации   государственной политики в соответствующей сфере является обязательным’язковими для рассмотрения соответствующим органом.

Кроме того, такой совет может осуществлять антикоррупционную экспертизу проектов решений государственного органа. И вот если взять в качестве примера все тот же общественный совет при МИД, антикоррупционную экспертизу решений министерства осуществлять совет во главе с пастором и в составе дочерних организаций церкви «посольства Божьего», Чьего главы Сандея Аделаджа подозревают в причастности к мошенничеству печально компании King’s Capital.   Вообще же, много великих умов успешных и зрелых демократий задумывались над дилеммой о соотношении между равенством, всеобщностью участия общественности в формировании государственной политики, когда она чувствует себя независимой от руководителей госорганов, и потребностью в экспертном знании и квалифицированности при формулировании любых предложений и общественной экспертизе проектов государственных решений. И единственно правильного рецепта здесь нет. Но в процессе эволюции этих демократий было осознано по крайней мере две важные вещи, общие и действующие по обе стороны Атлантики и Тихого океана.

Фактически ничем не ограниченное воплощение принципа равенства граждан, когда речь идет об участии в работе общественных советов, комитетов, судов присяжных и т.д., может адекватно применяться на локальном и региональном уровне. В украинском же правительственном постановлении равно не предусмотрено никаких квалификационных требований для общественных организаций как на местном, так и на национальном уровне. На центральном государственном уровне к формулировке «предложений, обязанности’языковых для рассмотрения» могут привлекаться только эксперты. К примеру, о тех, кто входят в консультативного совета при Министерстве обороны США, говорят «это старшие эксперты, эксперты над экспертами», То есть люди, чей опыт, профессионализм, авторитет является вершиной того, чего можно достичь в этой области. Но в то же время США как страна пронизаны тысячами капилляров локальных общественных форумов, советов, комитетов, судов присяжных и т.д., куда гипотетически могут попасть и пастор евангелистской церкви, и Генри Киссинджер, и волонтер движения девушек-скаутов. Сформулировать критерии для участия общественных организаций в советах  именно при министерствах самом деле довольно просто.

Одним из них, скажем, может быть требование не менее двух-трех лет работы в сфере, которой занимается соответствующее ведомство. Также, согласно действующим постановлением № 996, общественные советы имеют право привлекать к своей работе экспертов, но это право – не обязательно’связь. скажем, неделе известно, что к участию в формировании Общественного совета при МИД не был приглашен экс-министра иностранных дел Бориса Тарасюка, хотя привлечение бывших министров к работе в общественной коллегии при МИД было обычной практикой. Достаточно персонального недоразумения между экс-министром и нынешним министром Константином Грищенко, чтобы настоящий эксперт в совет не попал. Или, например, достаточно, чтобы Александр Корман так или иначе договорился с представителями министерства, чтобы вопрос о нарушении регламента при его избрании председателем Совета никого не встревожило.  Сейчас во внешнеполитическом ведомстве обещают создать научно-эксперту совет, решения, как сообщили нам в МИД, будут, согласно проекту положения о ее деятельности, лишь рекомендательный / консультативный характер. Напомним, предложения общественного совета во главе с пастором Александром Корманом является обязательным’язковими. Если вводить параллельно с общественными советами научно-экспертные, то опять же нужно грамотно урегулировать сферу компетенции и юридическую силу их предложений.

Все эти мутации демократических институтов в Украине можно считать проявлением так называемого институционального изоморфизма. Если объяснять суть явления в двух словах, это когда одни институты следуют признаки и подходы других. Такое явление очень распространенное в переходных режимах, когда на основе старых недемократических норм и правил лепится демократия, копируются иностранные подходы без должного анализа. Если этот процесс тщательно не продумали, то получается не метаморфоза, а мутация. Ее метафорически можно описать так: вас приглашают покататься на гладкой евроковзанци, но в какой-то момент вдруг под вами трескается лед, а там – судорожно холодная, ледяная вода. На поверхность выплескивается профанация. И как доказать после этого, что Украина – НЕ Иран?

А общественные советы могут формироваться и в авторитарных режимах, и в диктаторских. Де-юре одно другому не мешает. Как привлекают общественность к реализации политики на местном уровне и не только: неизвестные в Украине механизмы. Партисипаторной бюджетный процесс(Participatory budgeting) – общественность принимает непосредственное участие в бюджетном процессе, то есть определяет на что именно и сколько тратиться денег. Применяют этот механизм на местном и региональном уровне. Впервые граждане смогли наравне с чиновниками принимать решение о распределении бюджетных средств в бразильском городе Порту-Алегри в 1989 году.

С полуторамиллионного населения города около 50 тыс. Граждан участвуют в собраниях, на которых разрабатывается бюджетная политика города. Главное в этом подходе дать возможность гражданам, а не чиновникам выставить бюджетные приоритеты, когда речь идет о развитии общин, новые инфраструктурные и социальные проекты. Вотчиной чиновников остается разработка той части бюджета, которая покрывает постоянные расходы, скажем пенсии.   Общественные жюри, или суды присяжных(Сitizen juries) – по форме весьма похожи на общественных советов, их можно считать их инвариантом, но продуманную.

В них вполне воплощен принцип равенства и отсутствия каких-либо ограничений для участия граждан в формировании и осуществлении политики. Представим, что администрация города N получила для рассмотрения проект создания сети школ творческого развития. Надо его реализовывать в городе, где в обычных школах протекают крыши и из окон дуют ветры? На основе данных избирательных реестров, налоговой, список почтовых адресов механически и наугад граждан приглашают для участия в так называемом жюри, оценивать проект. Таким образом, люди разных профессий, с разным социальным опытом оказываются в одном коллективе.

Далее, им предлагают выслушать доклады разработчиков проекта, чиновников, художников, педагогов, которые поддерживают проект, педагогов, которые его не поддерживают. Затем жюри, или суд присяжных, готовят отчет, в котором дают свою итоговую оценку проекта. Назначается специальный наблюдательный совет из экспертов, которая этот отчет рассматривает и решает, что нужно делать дальше. В 1970-х этот подход стал применяться в Миннеаполисе, штат Миннесота. Это пример того, как граждане без экспертных знаний могут участвовать в рассмотрении сложных вопросов. Общественные суды присяжных созывают и в Германии, и это явление не является плодом чисто англо-саксонской правовой традиции.

Колаборативних формирования политики(Сollaborative policy-making) – это такое широкое поле, на котором можно играть в различные игры. И общественные советы, и общественные суды присяжных можно считать формами колаборативних создания политики. Но, как показывает американский опыт, настоящая колаборативнисть достигается там, где создают не общие общественные органы при государственных и местных властных институтах, а, скажем, тематические форумы, которые фокусируются на очень конкретной проблеме и из месяца в месяц, из года в год хлопают конкретную скалу. Если власть прислушивается к ним, участвует в их работе, то тогда можно говорить о колаборативних эффект. Причем, что раньше она это начинает делать, тем легче в итоге решается проблема.

В Калифорнии известен пример Водного форума Сакраменто, который решал проблему улучшения водоснабжения в городе и в районах вокруг него. Говорят, реально дела со временем пошли лучше.  рабочие группы(Study circles) – это наименее формализованная форма участия общественности в формировании государственной политики. Граждане собираются в «кружки» не просто, чтобы изучать определенную проблему, но и для того, чтобы потом поделиться результатами этого исследования с властью. Электронная демократия(E-democracy) – граждане просто могут общаться онлайн, обсуждать на форумах, участвовать в видеоконференциях с чиновниками, голосовать за те или иные проекты решений власти и тому подобное.

Еще советуем посмотреть:
  • В мутации и общественность
  • Совет Европы намерен выделить 1500000. Евро на поддержку реформ местного самоуправления в Украине в 2010-2012
  • ВОЗ опровергает информацию о мутации H1N1
  • В МИД объяснили, что не могли отказать соратнику Аделаджи
  • Общественный совет при МИД "захватил" соратник Аделаджи